Игорь Аксюта (101) wrote,
Игорь Аксюта
101

Идеальная женщина

Передо мной стоит вопрос выбора. Обе мои любовницы узнали, что каждая из них не единственная — и теперь у меня болит голова. Всё время.

- Ты должен её немедленно бросить, — Анжела смотрит на меня своими карими глазами, и отслеживает движения мускул на моем лице. Руки её упёрлись в бока, и я на всякий случай слежу за ними. Я стараюсь изо всех сил, но выразить лицом преданность только ей, видно получается не очень. Из зарослей кучерявых смоляных волос, в меня упирается взгляд пантеры.

- Ты, наверное, меня не любишь? – ну вот, наконец-то всплыл тот провокационный вопрос, неправильный или замедленный ответ на который, сейчас же приведёт к грандиозному скандалу с битьём посуды, звонками в дверь встревоженных соседей, слезам и очередному расставанию. Не тут то было – я подготовился.
- Ты же знаешь, я люблю только тебя! Правда, правда! Давая лучше обнимемся, малышка, — я широко распахиваю руки, и наверное у меня наконец получилось то выражение лица, которое я репетировал дома. Она обескуражена, и колеблется. На всякий случай шипит: — Врёшь..., — и исчезает на кухне. Пока она плавно пересекает комнату, я любуюсь её грацией дикой кошки. Она всегда меня завораживала, эта её походка… Из глубины кухни доносится: — Пока ты при мне ей не позвонишь, и не скажешь что между вами всё кончено — не будет тебе никакого секса!



Фух. Пронесло. С сексом мы сегодня разминулись, но зато скандала удалось избежать. Ничего. Обойдёмся. Я тихонько поднимаюсь с кресла, обуваюсь, и сматываюсь, пока она не видит. Пусть думает, что обидела. В конфликте с женщинами, которых боишься потерять, иногда приходится казаться «жестоко наказанным».

А пока что я иду к Нине. Да она не такая красивая, но у неё есть то, что я ценю не меньше секса. Она выслушивает меня, и самое главное — понимает, а то — что она кормит меня – вообще ахуенный бонус. Во всяком случае, до сих пор это было так, и мне это нравится.
Из центра двери, обтянутой старым коричневым дермантином, на меня с укором пялится дверной глазок. Я стараясь выглядеть невозмутимым тоже смотрю на него и вдавливаю кнопку звонка. Звонок подтягивает к себе из глубины квартиры знакомые шаги. Ну вот, сейчас я зайду, меня покормят, выслушают и поймут. Как же мне сейчас это нужно.

- Игорь, уходи – голос за дверью рубит надежду, как палач повинную голову.
- Нин, открой дверь, мы поговорим...
- Нет, Игорь, я не открою, мне очень больно, и пока ты не решишь с кем тебе остаться, не звони мне и не приходи ко мне. Ладно?
- Но Нин…
Звук обиженно удаляющихся шагов. Чёрт.
Повторный звонок не смог опять подтянуть эти шаги назад к двери, и ещё один не смог, и ещё один…
Разговор закончен. Настроенная жизнь исчезла. Осталась головная боль.

Они обе не могли понять меня, а я не мог им ничего пояснить. Я не мог бы любой из них сказать, что вместе для меня они составляют идеальную женщину, а по отдельности – НЕТ. Это не эгоизм, просто у каждой есть то — чего нет у другой. Я не виноват, что то, что есть у обеих вместе, в одну женщину — не влезло. Приходилось довольствоваться обоими. Семью всерьёз мы ни с одной не планировали, тогда откуда такие претензии на безраздельное владение мною?
...
- Игорь, зайди к шефу! – Серёга сочувственно на меня глянул, и кивнул головой в сторону массивной дубовой двери.
Я поднял голову со стола, протёр глаза, провёл по небритой щеке и сделал глубокий вдох. Ну вот, кажется допрыгались. Резкий выдох. Я поднялся, поправил галстук и шагнул на эшафот. К моим недосыпам, недоедам, недоёбам и нервам добавился и рабочий пиздец. Две недели промелькнули в выяснениях, кто кого больше любит — и я был основательно выжат.

- Игорь, я не знаю, что у тебя происходит в личной жизни, но это мешает не только тебе, но и работе всей компании,- голос Валерия Павловича сидящего за большим лакированным столом, и глядящего внутрь меня своими большими, чуть на выкате карими глазами, притворно успокаивал, но c каждым его словом, у меня крепла уверенность, что к концу разговора — я лишусь премии.
- Я вот что решил. Возьми две недели за свой счёт и утряси свою личную жизнь. А лучше — съезди куда — нибудь. У нас, кстати, есть поощрительные путёвки в Турцию. Собирались по итогам квартала наградить лучших, и ты был одним из претендентов, поэтому — могу выделить сразу. Возьмёшь?
- Конечно! — я аж откинулся в кресле.
- Вот и хорошо. Отпускные можешь получить в бухгалтерии.
И это мне говорит самый большой тиран и трудоголик, которого я встречал в своей жизни? Человек, который всех наставлял, что надо пахать, пахать и пахать на благо компании даже в своё личное время, даже во сне… И это ОН предлагает мне отдохнуть? Какая же я всё-таки неблагодарная скотина! Порядочный человек, видит, что мне очень тяжело сейчас — и решил помочь, а я всё время думал, что этому старому интригану только бы порешать свои вопросы, а как при этом будет житься людям – ему плевать.

Ну, наконец-то фортуне надоело показывать мне свой унылый и сумбурный зад, и она решила похвастаться сиськами. Как бы там ни было, мне нужна эта передышка как воздух. Ура! Я лечу к вам коктейли, пляжи, бикини и курортные романы с потерявшими стыд соотечественницами! Viva Турция!

Оставалось минут пятнадцать до взлёта. Я прошёл в салон одним из первых, и пока развлекал себя тем, что наблюдая за другими пассажирами, пытался угадать, чем они занимаются в жизни. Вот этот низенький пузан в яркой гавайской рубахе, не устающий переругиваться с супругой, запрещающей ему смотреть на стюардесс — продаёт в своём бутике бижутерию, и честно глядя клиенткам в глаза – задорого впаривает им каталожный гламур, а этот длинный в очках, недоверчиво осматривающий салон, и глазами пробующий его на прочность – сто процентов инженер, а вот эта массивная женщина в соломенной шляпке ...

— Привет, — кто-то плюхнулся на кресло рядом со мной.
Я повернул голову и… Рядом со мной сидела Вера – двадцатипятилетняя, грубо вырубленная из папиных правил дочь Валерия Павловича, работающая у нас секретаршей. Он давно хотел выдать её замуж, но что-то не складывалось. Слухи о возможных претендентах кружились по офису не один месяц, и уже стали любимейшей темой курилочных остряков. Внешне вообще-то она была ничего: тугая грудь, миловидное личико под короткой стрижкой крашеных белых волос, стройные ноги, неплохие мозги, но характер, этот папин характер…
- А я тоже лечу в Турцию. Папа сказал, что я тоже лучший работник...
Ах вот оно что… Лучший работник говорите… Значит выбор пал на меня… Хотя учитывая ситуацию, в которой я оказался, расчёт был неглупый...
- Вера, ты посиди тут, я на минутку ..., — я поднялся со своего места и пошёл к выходу.

Работники и посетители аэропорта со смешками и удивлением наблюдали за молодым человеком, быстро несущимся в сланцах от самолёта в сторону аэровокзала.
...
- Мам я докопал грядку, – спину отвыкнувшую от нагрузок ломило, и я опёрся на лопату. Мама шла по тропинке между кустами, несла в руках пучки редиски и улыбалась.
- Пошли на лавочку,- поманила рукой. Мы сели на лавочку под большой яблоней. Солнце терялось в её листьях, и только когда набегал лёгкий ветерок, ветки пропускали к нам редкие лучи.
- Принести тебе молока?
- Да нет мам, спасибо, я не хочу.
- Сынок, что случилось? Почему ты приехал? Ты же говорил, что летишь в Турцию. Только честно!
- Знаешь мам, по одной причине.
- По какой?
- Хотел немного посидеть на лавочке с идеальной женщиной.
- Дурачок, — и она нежно потрепала меня по загривку.


© Припадок спокойствия



Tags: рассказ
Subscribe
Buy for 50 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments