Игорь Аксюта (101) wrote,
Игорь Аксюта
101

Categories:

МИЧМАНСКИЕ ЯЙЦА. Рекомендую.

После вахты мичман Совенко постучал в каюту замполита и сразу сунул голову в приоткрытую дверь.
- Разрешите, товарищ капитан второго ранга?
- Заходи, заходи, Совенко, - отозвался тот.
Вахту замполиту нести не надо, потому большую часть времени он проводил в каюте, а конкретно - в койке. Зато вставал оттуда одним движением, как маятник. Задница на месте, голова шла вверх, ноги вниз в форменные корабельные черные тапки.
Как только ступни в тапки вошли - на лице нарисовались приветливость и готовность объяснить, почему нельзя решить проблему, с которой пришел посетитель.
Уже сидя, замполит глянул список команды под стеклом на столе.
- Присаживайтесь, Василий Павлович!
- Товарищ капитан второго ранга, я по поводу моих яиц! - сразу взял быка за рога Совенко.
- Да, конечно...



Яиц так яиц. Вот в прошлом походе в каюту ворвался гражданский научный сотрудник и с порога потребовал:
- Немедленно прекратите прослушивать мою каюту!
Замполит - тертый калач - щелкнул первым попавшимся тумблером на панели радиоприемника 'Волна' и заверил гражданского, что больше его прослушивать не будут. Доктор его теперь прослушает, на берегу.
- Постановление партии вышло, товарищ капитан второго ранга, приказ состоялся, а яйца нам не дают.
- Да, да, Василий Павлович, безобразие, надо разобраться, вы подробнее.
- Я и говорю: вышло постановление в знак заботы и повышения, в Марокко заходили, мне брат в письме газету прислал, он прапорщик на танках... - Совенко показал затертую вырезку из газеты, - ... по нему издан приказ министра обороны, номер у меня есть, по которому прапорщикам и мичманам положено выдавать в выходные яйца. А нам не дают! Только у меня на шесть яиц недостача.
- Все верно, - кивнул головой замполит, - партия и правительство, командование мичманов и прапорщиков не забывают. Сам видишь, - он перешел на 'ты' и в знак доверительности придвинулся ближе, - только надо учесть, что судно в походе и выполняет важную задачу оборонного значения в дальнем районе мирового океана.
Замполит сделал паузу и покачал головой.
- Это что же получается, боевую задачу прервать, следовать в ближайший порт мичманам за яйцами. Потерпи, Василий Павлович! После похода в родном порту... - улыбнулся он и развел руки, словно хотел показать, сколько яиц ждет Совенко на берегу.
- Товарищ капитан второго ранга, яйца у нас есть. - с укоризной в голосе произнес мичман. - В Марокко две коробки загрузили, сам видел. В продкладовые отнесли. Мелкие, правда.
- Опять не понимаешь Совенко! - начал раздражаться замполит, - впереди заходы в иностранные порты. Предстоят официальные приемы. Попросит какой-нибудь зарубежный адмирал яичницу, а мы ему: 'Нет яичницы. Все яйца, прикрываясь партией и правительством, мичман Совенко съел'.
- Никак нет, товарищ капитан второго ранга, - не сдавался мичман, - за адмиралов не знаю. На три месяца похода мне положено двадцать четыре яйца... В понедельник на завтрак команде омлет давали.
- Вот видишь! - обрадовался замполит.
- Так он не в счет, мне еще два яйца от министра обороны положены.
Замполит сразу утратил душевность, поднялся, нараспашку открыл пустой холодильник:
- Смотри, Совенко! Нет у меня яиц!
Встал и мичман, хотел еще что-то сказать, потом аккуратно сложил вырезку и спрятал её в нагрудный карман.
- Разрешите идти?
- Идите! - неласково проводил его замполит и, оставшись один, долго бурчал что-то крамольное неодобряющее политику партии и правительства и приказы командования в отдельных вопросах улучшения питания военнослужащих сверхсрочной службы.

* * *
Спустя неделю счет у Совенко дошел до восьми недоданных яиц, и он пошел выше. А выше был ГКП - главный командный пункт или верхний мостик, если не так торжественно. Совенко заглядывал сюда редко. Снять показания приборов или запросить место судна - проще позвонить в штурманскую рубку или гидрографам. Телеграмму подписать - лучше в штурманскую зайти и уже оттуда, если разрешат, на ГКП. Он и в этот раз так сделал. Покрутился в штурманской, осторожно высунул голову на верхний мостик, раскрыл было рот на ширину приклада, чтобы спросить разрешения зайти, но бесшумно подлетел вахтенный офицер и приложил палец ко рту.
В противоположном углу в высоком кресле спал командир. В середине похода у него разыгралась командирская бессонница. Когда в постели маешься, ворочаешься часами с бока на бок, зато на мостике только в кресло сел - глаза сами закрылись. Он, даже, похрапывал, а вахта: рулевой, вахтенный офицер и штурман убавили громкость трансляции до минимума и ходили на цыпочках.
Командирский сон чуткий. Он открыл один глаз и увидел перед собой вытянувшегося в струнку мичмана Совенко. Командирский глаз посмотрел на Совенко и снова закрылся. Стоит мичман и пусть себе стоит.
Сжигая мосты, Совенко кашлянул.
- Товарищ капитан первого ранга! Разрешите обратиться по личному вопросу.
Командир вздохнул, открыл оба глаза, внимательно посмотрел на мичмана и тяжело кивнул.
Совенко четко доложил про постановление, предъявил присланную братом-прапорщиком газету, озвучил вышедший вдогонку приказ министра и понесенный им личный ущерб.
Командир внимательно выслушал, набрал в грудь воздух так, что Совенко чуть не засосало, и тихим проникновенным голосом начал:
- Совенко! По уставу любой военнослужащий мужского пола может иметь яйца в количестве двух штук. Вот у меня - капитана первого ранга и то два яйца, а ты, Совенко, хочешь аж восемь. Вчетверо больше капитана первого ранга.
Совенко!! Я командую кораблем первого ранга, а не птицефермой, но специально для тебя в следующий поход курицу возьму и на твое заведование повешу, и не дай Бог с ней что-то случиться. И ты мне не телеграммы будешь носить, а предъявлять каждое новое яйцо и докладывать: товарищ капитан первого ранга, кура несется нормально в количестве двух штук в неделю, предъявишь, а я распишусь на них с отметкой в вахтенном журнале.
Совенко!!! Ты откуда призвался? Как тебя на флот занесло? Давай тебе на берегу должность найдем. Откомандируем в подсобное хозяйство. Или к братану в танк. Вам двоим и брони не надо. И так не пробьет.
Совенко!!! Почему тебе два яйца?! По звездочкам, что ли считал? Тогда старшему мичману Грищуку три надо. Младшему лейтенанту одно, а начиная с капитана третьего ранга выдавать страусиные.
Совенко!!! Ты уже всех на пароходе своими яйцами достал, до ГКП дошел. Выше только мачта. Так залезь на клотик и ори: 'Яйца, отдайте мои яйца!' Вероятного противника напугаешь, хоть какая-то польза от тебя будет.
Уйди с глаз моих, курощуп!
Мичмана как ветром сдуло. Командир огляделся, ища новую жертву.
Рулевой стоял на руле с чугунным лицом. Вахтенный офицер утопил лицо в тубусе локатора.
Командир еще поерзал в кресле, понял, что заснуть уже не удастся, слез, послонялся по мостику и штурманской и злой ушел в каюту.

* * *
Необходимое отступление. На военном судне есть несколько особо защищенных мест. Некоторые лаборатории, помещения ЗАС и шифровальщика.
Вы думаете, случись бунт, их будут захватывать? Как бы, не так! Кому они нужны?! Побегут в продкладовые. Тот же броненосец Потемкин - про социализм и слова не было - мясо команде дали плохое. И полетели за борт виновные и те, кто под руку попался. Так что артельщиков, завпродов никогда не любили. Да и за что их любить?
На пароходе номер телефона моей лаборатории на одну цифру отличался от номера каюты командира похода. И нетрезвый завпрод во время ночной вахты частенько промахивался пальцем и начинал на пару со старшим коком петь в снятую мной телефонную трубку:
- Товарищ капитан первого ранга! Мы тут бочку открыли, такая вкусная селедка! Принести вам пару хвостов?
- Воткните её себе в жопу и пройдите по палубе русалкой, - басил я в ответ под начальника, срываясь от гнева на фальцет.
То есть ты ночью вахту несешь, крепишь оборону родины, а они в это время селедку жрут.
На корабле Совенко посягнул на святое - продкладовые.

* * *
Совенко не интересовала ни копченая колбаса, попадавшая на общий стол уже с каймой, ни проспиртованные запаянные в полиэтилен батоны, ни вобла, закатанная для сохранности в большие банки. Его терзало, что в продкладовых лежат его совенковские яйца, которые ему не отдают. И кто-то другой их наверняка ест. Ананас после захода в Марокко дали, а яйца зажали. Ананас дали всем, а вот два яйца должны были вынести только ему, поскольку был приказ. Он пошушукался с другими мичманами, внося смуту, но мичмана жались, от коллективных акций отказывались, хотя и разделяли гнев товарища.
Прошло две недели. Счет у мичмана дошел до десяти недоданных яиц. На 'рупь тридцать', если яйца диетические и девяносто копеек, если столовые. Перевалил критическую массу. И как раз подоспело партийное собрание. В Москве прошел пленум ЦК КПСС, поднявший на знамена очередную чудо-юдо идею, что социалистический мир спасет мелиорация. Предстояло осушать заболоченные земли, расширять пастбища и поворачивать реки. По поводу предстоящих боев следовало провести партийные собрания во всех воинских частях от Заполярья до пустыни Каракум, а с учетом нас, и в центральной Атлантике.
Где-то у экватора. На большом белом пароходе. Сидят серьезные люди в немалых чинах в синих коротких штанишках (тропическая форма). От качки отходят занавески на окнах кают-компании, раскачаются и люди. Жарко, кондиционер не справляется. Докладчик, держась за переносную походную трибуну, невнятно бормочет что-то про мелиорацию.
Вокруг судна летает противолодочный самолет-разведчик 'Орион', кидает гидроакустические буи, щупает нас своей аппаратурой, а может даже и прослушивает весь этот бред про великое осушение.
Потом все вытерли пот, единогласно назначили ответственным за мелиорацию капитан-лейтенанта - начальника метеолаборатории. Вроде как по его части следить, чтобы буфетчицы землю в цветочных горшках поливали.
Это первый пункт, потом было минут на пять про социалистическое соревнование, а на пункте 'разное' слово попросил и прошел к трибуне мичман Совенко.
Мичман начал издалека и, как положено: про большую заботу партии и правительства, про то, что на своем участке он старается соответствовать и оправдать, и ценит внимание министра обороны, который своим приказом номер... распорядился выдавать прапорщикам и мичманам дополнительное питание. И его очень огорчает, что в условиях дальнего океанского похода некоторые коммунисты данный приказ игнорируют, заявляя, что яйца в продкладовых не для своих мичманов, а для иностранных адмиралов.
И можно ли рассчитывать на выполнение нынешнего постановления о мелиорации, если предыдущее практически сорвано?
Замполит тоскливым взглядом смотрел на ведущего протокол секретаря партийного собрания. Мичмана, техника одной из лабораторий. Тот отвернулся от замполита и зловредно записывал сказанное слово в слово, а про яйца еще и подчеркнул.
'По приходу протоколы проверят в политотделе, и хоть привезешь ты в подарок бутылку водки-романовки с царским орлом, всё равно тебя потом носом в этот протокол ткнут, - грустно размышлял замполит, - придется по две бутылки дарить, поить весь политотдел, и всё равно носом ткнут'.
Мичман же, не отрываясь от заготовленной бумажки, пугал срывом поставленных задач и возлагал ответственность на виновных, правда по именам и должностям их не называя. Сказал про то, что в танковых частях лучше. Намекнул про открытое письмо, с которым надо обратиться, раз на месте коммунист коммуниста понять не может, и есть сомнения в выполнении решений вышестоящих органов.
Тут замполит чуть не подпрыгнул. Ведь этот Совенко, как пить дать, напишет в тот же ЦК КПСС. Отправит прямо из иностранного порта. И придет в ЦК письмо из Гвинеи, города Конакри. А часто ли в ЦК нашей КПСС приходят письма из Гвинеи? И поставят его на контроль, отправив в Министерство обороны с удивленно-вопросительной резолюцией, а те переадресуют письмо в главкомат ВМФ с кучей грозных резолюций, оттуда раздробят его в Ленинградскую военно-морскую базу и в ГУНИО, главное наше управление навигации и океанографии, и вновь письмо сойдется в политотделе 6-ой Атлантической экспедиции. И резолюций будет столько, что и самого письма уже не видно.
И вызовут его сразу к пяти адмиралам, и дадут ему адмиралы лукошко и скажут: ну, замполит, несись! Несись, гад, чтоб на каждого мичмана по два яйца из тебя вышло. А потом законопатят его из города Ленинграда куда-нибудь на Севера, на серый пароход с пушками и кучей личного состава, где он и будет гнить до конца службы.
Замполит переглянулся с командиром и вслушался в последние слова вдохновенного выступления мичмана Совенко:
- ... если проблема, не стоящая выеденного яйца, не будет решена в ближайшее время.
Победа мичмана над командованием была полной. Уже на следующий день в обед в кают-компании буфетчица вынесла сетку яиц и громко объявила:
- Совенко! Вот твои яйца!
Ему выдали даже больше, чем положено. И что недодали и вперед до конца похода.
Два из них Совенко сварил в чайнике. С остальными получилась какая-то ерунда. В тот же день старший механик конфисковал у него нештатную электроплитку. Совенко сварил в чайнике еще два про запас и весь вечер бегал по пароходу с оставшимися яйцами в авоське, пытаясь их пристроить в прохладное место. Завпрод, поджав губу, сказал, что когда яйца были общественные - он хранил их согласно должностных обязанностей, а для яиц личных в продкладовых места нет. Согласно приказу того же министра обороны. Маленькие личные холодильники 'Морозко', у кого они были - заполнены под завязку. Большие холодильники только в командирских каютах на шестой палубе. И уже под ночь он униженно постучал в дверь каюты замполита.
Зам и с кровати не поднялся:
- Совенко? - обрадовался он. - Василий Павлович?
Потом замполит вскочил, застегнул верхнюю пуговичку на тропичке и металлическим голосом скомандовал.
- Мичман Совенко! Кругом! С яйцами отсюда - шагом марш!
Совенко в каюте открутил до максимума регулятор кондиционера, разложив по его верху оставшиеся яйца. Но это не помогло. К утру яйца протухли, а мичман простудился.
Чихая и сморкаясь, он с вертолетной палубы долго швырял яйцами в чаек.
В те уже далекие времена во всех наших бедах винили капиталистов. Видимо это они нам в Марокко некачественные продукты подсунули, а может и завпрод прежде, чем передать буфетчице яйца для Совенко, подержал их часок на палубе под тропическим солнцем. Впрочем, наш завпрод уже в те времена был капиталистом. Об этом даже однажды написали в боевом листке. Но это уже совершенно другая история

(С)Макаров Андрей Викторович




Tags: рассказ, рекомендую
Subscribe
Buy for 50 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments