Игорь Аксюта (101) wrote,
Игорь Аксюта
101

Мечты о чёрной бабе

- Вовка, а Вовка! Слышь, Вовк!..- у тебя когда-нибудь черная баба была?..
Я понимаю, что Саттаров спрашивает об этом просто так. Вернее, не просто. Саттарову хочется как-то разрядить эту насыщенную до предела ужасом и отчаянием африканскую ночь, где мы сидим, запертые в вонючем коровнике, где блохи размером с кузнечика и часовые за стеной. А на рассвете нас выведут и шлепнут... И закопают где-нибудь в эритрейской пустыне.
- Парни! - тормозным визгом взрывается из своего угла Тамарка, - Заткнитесь, парни! Умоляю, заткнитесь!.. Без вас тошно!..
И мы "затыкаемся", однако Тамарка уже не может остановиться, Тамарку понесло:
- Нет, правда, у меня такое впечатление, что для мужчин в жизни важны две вещи: повоевать и потрахаться!.. А то, что нам жить осталось, возможно, часа полтора... то, что нас больше никогда не будет на свете, то, что жизнь закончится так нелепо, то, что...

- Нет, Томочка, - задумчиво прерывает девушку Саттаров, - Мужикам важно не только повоевать и это самое... Мужикам еще надо иногда выпить водочки, под огурчик соленый, под грибочки... и, лучше, после баньки... А еще, Томочка, мужикам надо поорать на стадионе: "Зенит - чемпион!", или "Из говна торчит рука - это тренер ЦСКА!.."... А еще на диване с газетой им надо полежать... И козла забить... Много чего, Томочка, настоящим мужикам в жизни надо... Посадить печень, вырастить живот, построить тещу...
- Ко-озел! - плаксиво тянет Томочка, - Все вы козлы-ы...
- Интересно, - продолжает Саттаров, - Ниггеры исполняют перед расстрелом последние желания? Чего бы у них попросить? Окурок "Мальборо"? Стакан... м-м-м-м... чего они там, пьют? Нет, лучше бабу!..
- Попроси, попроси, - эхидно отвечает Тамарка, - Они тебя сами вместо бабы напоследок попользуют... Боже мой, парни!.. А жить-то как хочется!.. Может это все сонный бред? Ущипните меня!.. Как представлю, что сейчас в Питере люди идут в театр, в Эрмитаж, гуляют по Невскому, пьют кофе, в гости друг к другу ходят с тортиками, просто так... И, главное, они не знают о том, что здесь война, что мы здесь сидим...

Тамарка всхлипывает, в дурной черноте ночи мне слышно, как стучат ее зубы и, кажется, дрожат плечи... Прислонившись к пыльной стене, пытаюсь уснуть, но не могу... Автомат! Черт подери, перед выездом я просил у начальника госпиталя автомат, чтобы можно было отбиться в случае засады, или застрелиться, в конце-концов...
"На хрена тебе оружие? - отказал подполковник, - Ты врач! Выражаясь языком Женевской конвенции - ты не комбатант! Поймают с оружием, точно шлепнут. И потом, сепараты отсюда километрах в трехстах, а батальон наших морпехов рядышком, в Массауа. И эфиопы рядом, в жопу их мать... В общем, бери лаборантку и вперед..."



А потом подполковник видно еще раз подумал и вместо оружия дал нам лейтенанта Саттарова из морпеховской разведки. Их командир при этом гордо сказал: "Один Сатаров стоит взвода коммандос!.. А уж сепаратов Саттаров в одиночку роту разгонит, а то и батальон!.."
Получилось в точности наоборот. Часа два мы мчались в открытом УАЗике по утыканной редкими деревцами равнине, в которой было нечто и от пустыни, и от саванны одновременно, а когда из пыльного марева неожиданно возникли три "бэ-тэ-эра", Саттаров выругался матом, вышел из машины и под дулами крупнокалиберных пулеметов, положил автомат на землю...
Эритрейские сепаратисты не объяснили, откуда они взялись на пути нашего следования в госпиталь эфиопских правительственных войск. Нам сразу связали руки, потом привезли в какой-то поселок и прикладами затолкали в дурно пахнущий хлев...

На рассвете принесли попить... Вода в котелке была мутной, жутко воняла. Едва закрылась дверь, Саттаров сделал предостерегающий жест и вытащил из-за голенища шнурованного ботинка трубочку-фильтр. Молодчина! Теперь мы можем пить 30 литров любой жидкости, не боясь заболеть амебной дизентерией или тифом, или пожелтеть...
Едва успели напиться, дверь отворилась снова, и первым на божий свет вывели меня...

*
Негр был похож на Самоделкина, - сказочного советского персонажа, только покрашенного коричневым гуталином. Из полуоблезшей башки торчали спиральками и проволочками пучки темно-седых волос. "Самоделкин" был одет в советский полевой комплект цвета хаки. На груди слева алел комсомольский значок! Он не предложил мне даже табурет, начал допрос, положив ноги в пыльных армейских ботинках на стол рядом с грязной кофейной чашкой.
- Фамилия? Имя? Звание? Цель поездки?

Как отвечать сепаратам, мы условились еще в сарае: требую немедленной встречи с сотрудником советского посольства или представителем нашего командования. И все!..
- Да кому ты нужен, сопливый офицеришка, ..б твою маму! - презрительно расхохотался "Самоделкин" по-русски - Посла ему подавай! Советского генерала! Срать они на тебя хотели с кремлевской Спасской башни! Запомни, пацан, здесь ты - кусок дерьма! Ты находишься в стране, в которой идет своя война! Я - командир дивизии и, надеюсь, в будущем - президент свободной и независимой Эритреи, говорю тебе, что могу прямо сейчас расстрелять и закопать вас в саванне, и ваша великая страна никогда о вас не вспомнит. И сама ваша страна скоро развалится на части, но ты этого не увидишь... Ваша страна, как Амур - голая, вооруженная до зубов и ко всем лезет со своей любовью! Я знаю что говорю!.. Я учился в Москве и знаю!.. Я, между прочим, марксист по убеждениям! Но я - настоящий марксист! Такой, как Фидель!.. Как Че!.. А вы, как та рыба, что с головы воняет!.. Отвечай, хочешь жить? Тогда слушай!

В общем, "Самоделкин" рассказал мне, что доблестные эритрейские повстанцы только что разбили под Афабетом три эфиопские дивизии (двадцать тысяч убитых и пленных!), прорвали фронт и стремительно движутся на Массауа.
- А потом мы войдем в Аддис-Абебу, и я лично повешу вашу марионетку Менгисту Хале Мариама!.. Как там у вас говорят? За яйца повешу! - захохотал "Самоделкин".

Насмеявшись, эритреец сделал неожиданное предложение:
- Единственный шанс спасти свою шкуру - остаться здесь и поступить ко мне на службу. Ты ведь врач? Я вижу по петлицам! Какой врач? Мне нужен толковый хирург, а еще больше - организатор. Когда мы победим, и я выиграю свободные демократические выборы, я пошлю тебя учиться во Францию. Ты возглавишь медицинскую службу моих вооруженных сил. Захочешь - женю на француженке, а еще лучше - на эритрейке. Черная женщина - не чета славянским шлюхам. Она красивая, верная, темпераментная!.. У тебя будет вилла на берегу Красного моря! Ну! Согласен? У тебя в СССР, поди, и квартиры собственной нет?

Квартиры у меня действительно не было... Шел седьмой год, как я стоял в очереди на получение жилья в Севастополе.
- Отвечай! Согласен?! - закричал шоколадный Самоделкин.
- Я требую немедленной встречи с представителем советского командования или с сотрудником нашего посольства в Эфиопии!
- Даю сутки! - брызнул слюной комдив, - Сутки без воды! Если через сутки не соглашаешься - сразу на расстрел!

Здоровенный конвоир вытолкнул меня стволом "Калашникова" на крыльцо. Несмотря на утро, жара стояла явно за пятьдесят. Прямо у крыльца сидел на корточках избитый негр в рваном камуфляже. Его мучители стояли вокруг и хохотали. Едва я спустился с крыльца, один из эритрейцев схватил пленника за волосы, с силой воткнул ему в рот пистолет и нажал спуск. Одновременно с хлопком голова несчастного раскололась, как арбуз...

Меня не повели обратно к товарищам. Сидя один в подвале здания (судя по количеству подъезжающего транспорта, это был штаб сепаратистов), я вдруг подумал о том, что страшная расправа у крыльца была организована специально для меня. Почему меня не вернули обратно? Не хотят, чтобы мы делились информацией? В одиночку легче пугать, обрабатывать...
В подвале было относительно прохладно. Бессонная ночь немедленно дала о себе знать и, опустившись на кучу тряпья, я сразу уснул, а когда проснулся, было темно.
Неужели я проспал весь день, может быть последний день моей жизни?

А потом наступила ночь. До сих пор, когда мне бывает плохо, я вспоминаю эту ночь посекундно, сравниваю ее с моими сегодняшними проблемами и с радостью думаю: а ведь жизнь-то налаживается!
На рассвете меня снова привели к Самоделкину.
- Ну?! - спросил меня "сказочный персонаж". В нарочитом грозном голосе шоколадного комдива сквозили нотки тревоги и неуверенности, к тому же, негр выглядел невыспавшимся.
- Требую немедленной встречи с представителем советского командования или посольства!..
- Тогда подыхай! - сепаратист досадно махнул рукой, и меня снова вытолкнули из кабинета.

У крыльца, где вчера расстреляли пленного, стоял "под парами" "бэ-тэ-эр" с открытым десантным люком. Конвоир больно толкнул меня в спину автоматным дулом, но, едва забравшись "в броню", я взвыл от радости, увидав Тамарку с лейтенантом Саттаровым. После суточной разлуки сослуживцы казались самыми близкими людьми на планете. Мы целовались со связанными за спиной руками. Затем к нам в отсек забрался тощий долговязый конвоир с автоматом и двумя гранатами у пояса. Кто-то, гортанно крикнул, закрывая снаружи десантный люк, и "бэ-тэ-эр" тяжело тронулся с места...

Мы не видели дороги, по которой нас везли на расстрел, но, судя по тому, что путь был долгим, поняли: за последние сутки случилось нечто такое, что не позволило сепаратам просто вывести нас в саванну, расстрелять и закопать.

Удивительно, но я не заметил, когда Саттаров успел развязать себе руки. Потом, когда мы валялись у моря на песке острова Нокра, лейтенант сказал, что может выбраться из любых веревок и даже из наручников - этому его хорошо научили. А тогда, в "бэ-тэ-эре", он просто улыбнулся и... достал руки из-за спины. Наш изможденный конвоир в это время дремал, бритая голова болталась на тощей шее во все стороны, как на веревке.

Я успел только подумать, что сейчас сделает Сатаров, но тут из рваного подсумка эритрейца вывалилась граната РГ-5 и зеленым пасхальным яйцом запрыгала по ребристому полу к моим ногам. Саттаров поднял гранату. В этот миг негр открыл глаза. Пару секунд они смотрели друг на друга с изумлением - улыбающийся морпех, и его просыпающийся конвоир. Продолжая улыбаться, Саттаров дружелюбно протянул негру "эр-гэшку", тут же перехватил его руку, потянул на себя и "тюкнул" гранатой по темени.

Через несколько минут наши руки были свободны, а конвоир, спутанный собственными штанами и курткой, с кляпом во рту, притих на полу. И вовремя. Фыркнув угарным движком, боевая машина остановилась.
- Слушать сюда! - тихо сказал лейтенант, - Как только откроют люк, ты, Вова, выходишь первым, руки с гранатой держишь за спиной. Дальше по обстановке. В случае худшего, бросаешь гранату, а сам падаешь под колеса. После взрыва, выскакиваю я с автоматом. Ты, Тамарка остаешься в машине. Дальше, как Бог положит...

Из открытого люка хлынул убийственный солнечный свет, словно по нам "врезали" фотовспышкой. Сжимая пасхальную "эр-гэшку" за спиной, я неуклюже вывалился из машины на растрескавшуюся землю.
Прямо передо мной улыбаясь, стояли несколько негров в камуфляже и... наши морпехи! Пауза затянулась до тех пор, пока из люка не выглянул Саттаров, увидев своих, радостно выпрыгнул наружу.
- О-о-о! - воскликнул комбат, - Да они уже сами освободились! Я же говорил вам, что один мой Саттаров стоит целого взвода!..

*
В Массауа нас хорошо накормили и даже угостили водкой.
Морпехи рассказали, что госпиталь, в который мы ехали консультировать больного малярией нашего военного советника, был внезапно захвачен сепаратами, и с ранеными эфиопами сделали то, что обычно делают друг с другом враги в любую гражданскую войну. Больного советского полковника обменяли у эритрейцев "на оружие" и увезли самолетом в Москву, а нас освободили "в довесок" к этой сделке...

Потом нас привезли на остров Нокра, разместили на плавмастерской в отдельных каютах, приставили охрану и несколько дней таскали на допрос к особисту. Капитан был молод и "рыл землю копытом", пытаясь сделать из нас если не предателей Родины, то хотя бы слабовольных хлюпиков, которым не место в доблестной Красной армии.
- О чем вы говорили с лейтенантом Саттаровым ночью в сарае? - сурово спрашивал меня особист, восстанавливая посекундно хронологию нашего плена.
- Мы говорили о бабах...- отвечал я.
- О каких бабах?! - выпучил глаза потомок Ежова и Берии.
- О черных... Мы говорили о том, что неплохо бы перед смертью... полюбить черную женщину...

Капитан выругался матом, выгнал меня и вызвал Саттарова.
- О бабах...- отвечал "особисту" морпех, - Мы говорили о том, что черная баба перед смертью - это как раз то, что надо...
Особист выругался еще крепче и вызывал Тамарку.
- О чем говорили мужики? - переспрашивала Томочка, - О бабах, конечно. Им очень хотелось поиметь перед смертью черную бабу. А я? Что я им говорила? Я говорила им, что они козлы и что все мужики - козлы. Что значит все? Нет, я конечно, не имею в виду лично вас, товарищ капитан, но все мужики козлы - это точно.

Капитан обозвал Томочку б..дью и стал вызывать нас по новой.
- За дурака меня держите! Ну не верю я, не верю, что перед смертью вы хотели просто бабу! Ведь был какой-то сговор, какие-то планы!.. Вам предлагали, и вы обсуждали это. Отвечайте, не то сгною!..
Я тупо повторял про черную бабу, Тамарка повторяла то же плюс "все мужики-козлы", а вот Саттаров на пятый заход не выдержал, заявил особисту, что дальше очередной войны тот его все равно не сошлет, а война - это его, Саттарова, любимая работа, так что не сходить бы ему, продолжателю дела Берии, в пешее эротичекое путешествие, а если конкретно то просто на ...

Странно, но после этого нас оставили в покое, заставив лишь написать рапорта, о чем мы посекундно говорили и что делали в плену. Естественно, мы написали, что сосали через трубочку тухлую воду и мечтали о черной бабе...
А потом, в ожидании отправки в Союз, мы валялись на песке острова Нокра, плавали в изумрудной воде среди рифов, разглядывая стаи цветных рыбок, искали диковинные ракушки и дарили их нашей Томочке.
- Все мужики - козлы, - вздыхала Томочка, и, улыбаясь, добавляла - Конечно же, кроме вас, мои мальчишки... Обормоты вы мои... Милые братики-обормоты...
Много лет спустя, я впервые увидел эмблему компании мобильной связи "Билайн" и встрепенулся - точно так же была раскрашена морская змея, проплывавшая мимо меня в Красном море, на расстоянии вытянутой руки...

*
Мы "уехали" с Нокры на гидрографическом судне домой, посидели на прощание в севастопольском кафе и больше ни разу не встречались.
По "военным каналам" я узнал о том, что советские морпехи ушли из Массауа, а чуть позже, под обстрелами сепаратов, наши корабли покинули остров Нокра. Потом газеты сообщили, что сепаратисты заняли Аддис-Абебу, эфиопский диктатор Менгисту бежал в Зимбабве, а по телевидению показали вновь избранного президента Эритреи. Это был не "Самоделкин" и слава Богу. Куда с такой страшной башкой в президенты!?

*
С тех пор прошло двадцать лет. Благодаря "одноклассникам.ру" я узнал, что Тамарка вышла замуж, родила двух сыновей, защитила диссертацию и живет в Москве. Бывая в Севастополе, разузнал, что майор Саттаров прошел обе чеченские войны, раненым попал в плен, где его допрашивал сам Хаттаб. "Как можешь ты, татарин по национальности, служить неверным!" - возмущались ваххабиты и предлагали Саттарову стать воином джихада.
"У меня есть только одна национальность! - ответил Саттаров, - По национальности и по вере я - морской пехотинец!.."

Ночью Саттаров зубами загрыз двух часовых, в зеленке, где его пытались догнать, заманил в ущелье и перестрелял погоню, вышел к своим, лежал в госпитале, был комиссован, жил на нищую пенсию...,а потом вспомнил о своей единственной вере и национальности, уехал во Францию и работает инструктором в учебном центре Иностранного Легиона...

Эх, встретиться бы сейчас с морпехом по вере Саттаровым, посидеть летним вечером в кафе, на набережной Балаклавы и повспоминать! А еще хочется свозить Саттарова туда, где мне не так давно посчастливилось побывать - на элитную дискотеку в Гамбию, к черным, словно вырезанным из эбенового дерева танцовщицам, совсем не похожим на иссушенных горячим ветром эфиопских крестьянок и медсестер.
И еще я хочу написать о том, что действительно мужчине надо.


© Владимир Гуд












Tags: армия, рассказ
Subscribe

Posts from This Journal “рассказ” Tag

  • Цыплёнок Табака

    Впервые о цыпленке Табака мы узнали от дедушки.. Дедушка работал бухгалтером в горпо, и однажды его наградили путевкой в санаторий…

  • В четыре года я точно знала, что папа бывает...

    В четыре года я точно знала, что папа бывает только понарошку. Настоящих папов не бывает, просто некоторые дяди иногда помогают мамам детей…

  • Тесла. Эксперимент

    Третий месяц Леха колесил по улицам Москвы. Ему нравилось быть машиной. Мчаться по автострадам и развязкам столицы. Он возил пассажиров, которые…

  • Аптека за углом

    — Подожди, подожди, — вдруг сказала она. – Подожди. — Что такое? – он заглянул ей в глаза. — Ничего, ничего,…

  • Ирка и суп гороховый...

    В Германию Ирка переехала с родителями, этническими немцами. Всей семьей они переехали в Баварию из Томской области, Ирка поехала на неметчину уже…

  • Людоед

    Благими намерениями вымощена дорога в ад. Противоположности притягиваются, это доказано наукой, а судьба никогда не ошибается, и она выбрала…

  • Игрушка

    Оговорюсь сразу, я - мужик "под пятьдесят", всю сознательную жизнь топтал сапоги в геологоразведке, всего насмотрелся и многого натерпелся, меня…

  • Зачем здесь этот валежник

    Сдавать больных в кардиоблок днём никто не любил, поскольку днём их принимал сам заведующий отделением. — И что вы мне привезли? Вы вообще…

  • Дело случая

    Вот живём и думаем, мол де, глянь, дед старый, помрёт скоро, ой, чирей на заднице, всё, час до смерти остался, у моей бабки такое перед смертью…

Buy for 50 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments